Паранормальные явления

Равнодушные облака
Аркадий Неминов
За стеклом плыли облака. Я прищурился, пытаясь определить, к какому типу они относятся, но они были какие-то бесформенные. В памяти тотчас всплыли названия, известные еще со школы: кучевые, перистые.… А еще, какие они бывают? Нет, не вспомнить.
Самолет буквально продирался сквозь эти облака, и казалось, что больше ничего нет во всей вселенной, кроме нашего лайнера и этих странных облаков, словно плотных обрывков грязно-серой ваты, густо раскиданных кем-то по небу, из-за которых даже не было понятно – день сейчас или ночь.
Меня вдруг охватило смутное беспокойство: а почему мы летим в облаках? Ведь мы же должны быть гораздо выше! Или мы снижаемся? А, может, наоборот – только набираем высоту? Нет, здесь что-то не так! Почему я ничего не помню? Куда я вообще лечу? И почему такая тишина вокруг? Ведь должен же быть слышен шум турбин, голоса пассажиров…
Я невольно огляделся. Вон их сколько – моих попутчиков! Все места заняты. Я с изумлением всматривался в соседей, занимающихся своими делами, и ничего не понимал. Видел, что некоторые из них оживленно переговариваются, жестикулируют, шевеля губами, но я их не слышал!
Боже, да это я оглох! Какой ужас! Я не только ничего не помню, но, к тому же, и глух, как тетерев!
– Извините, пожалуйста, – обратился я к соседу справа – пожилому усатому мужчине, одетому во все черное, рассматривающему аэрофлотовский буклет, – вы не подскажете, мы давно уже летим?
Свой голос я тоже не услышал!
Мужик вопросительно и с некоторой опаской окинул меня взглядом.
– Я, видимо, уснул, а часы встали! – поспешил я его успокоить, хотя понимал всю глупость своего вопроса, ведь ответа я бы все равно не услышал.
Он раскрыл рот, и вдруг в этот момент мой слух прорезался, да так, что в следующую секунду у меня буквально заложило уши от пронзительного свиста и нарастающего гула. Нас сильно тряхнуло.
Откуда-то из задних рядов послышался чей-то сдавленный вопросительный вздох:
– Мы падаем?!
Я тут же посмотрел в иллюминатор. Облака, стремительно набирая ход, уходили куда-то вверх. И это означала лишь одно: мы спускались, нет, мы падали!
– А-а-а! – раздался оглушительный женский визг, и салон лайнера заполнился одним звериным предсмертным разноголосым ужасным воем:
– Па-а-а-дааем!!!
Я тупо смотрел на приближающуюся черную бездну, готовую поглотить меня и почти не испытывал страха. Было только сожаление, что мне нечего вспоминать! Я не знал кто я, откуда и куда лечу. Нет, теперь уже не летел, а падал…
Я глубоко вздохнул, зажмурился и … провалился в звенящую и вязкую пустоту.

– Внучек, ты меня слышишь? – донесся до меня чей-то до боли знакомый хриплый голос. Я открыл глаза и поразился тому великолепию и благоуханию, среди которого находился. Сад, поистине райский, прекрасный, великолепный сад с разнообразием цветов различных форм и расцветок, многоголосием чудесных птиц, сидящих на фруктовых деревьях, и порхающих повсюду бабочек, потрясающих по своей красоте!
– Бабушка? – я был поражен. – Но… ты же умерла?!!
– Да, мой дорогой! И ты – тоже! – она, также как и я, сидела в удобном плетеном кресле, качала своей седой головой в светлой косынке и смущенно улыбалась мне. Подслеповатые глаза ее все так же слезились, но были такими же добрыми, как и много лет тому назад.
– Где мы, бабушка?
– Там, где и должны быть!
– Мы в раю?
– Если хочешь, можешь так считать. Здесь хорошо и спокойно. Тебе понравится!
– Но я не хочу! Мне надо назад! Мне надо все вспомнить! Я так не могу!
– Он прав! – сказал вдруг седобородый старик в белой свободной одежде, напоминающей пижаму, неслышно подошедший к нам во время беседы. – Ему надо вернуться и вновь обрести себя. Без памяти мы ничто!
– Он прав, прав! – послышалось со всех сторон. К нам стали подходить разные люди, среди которых я с удивлением узнал своего давешнего соседа по самолету. Теперь усатый был одет так же, как и седобородый, в легкий светлый мягкий костюм.
– Ну, что ж, внучек, ступай назад и знай, что тебе здесь всегда рады. Рано или поздно, ты сам поймешь, когда придет твой час возврата, – бабушка перекрестила меня своими сморщенными узловатыми пальцами, пахнущими давно забытым ароматом корвалола пополам с «Красной Москвой».

– Мужчина, вам плохо? – послышалось рядом.
Я охнул и огляделся. Яркий свет неоновой вывески «Электронные сигареты» резанул глаза. Я сидел в одном из пластиковых кресел в просторном зале аэропорта рядом с небольшим лотком под ярким неоном. Продавец-консультант Лена, судя по ее бэйджику, склонившись надо мной, участливо заглядывала мне в лицо.
– Вы, видимо, сильно ушиблись. Как же вас так угораздило?
– А что произошло? – я потирал саднящий затылок и с удивлением посмотрел на свои красные от крови пальцы.
– Ой, у вас же кровь! Надо же, как вы головой-то приложились! Сильно болит? Идти сможете? Вы улетаете или встречаете кого? А я смотрю, вы здесь уже часа три сидите после того, как упали, поскользнувшись на гладком полу. Неужели ничего не помните? Мы вас с одним мужчиной подняли и посадили на это кресло. А теперь слышу, вы так застонали, что-то заговорили, будто в бреду. Чудно так! – зачастила Лена.
– А что говорил-то? – я поискал взглядом свои вещи. Слава богу, все было на месте – и сумка моя дорожная, и черный планшет с документами.
– Да так, что-то невразумительное. Типа: не могу, мол, не хочу! Назад, мол, мне надо! Что-то в этом роде. А, еще вы так жалобно все время повторяли: вспомнить хочу, вспомнить…!
– Да, да, спасибо! – я достал носовой платок, приложил к ране на голове и все вспомнил.
Я лечу в командировку. В кармане билет на рейс № 2637. Вылет в 14-45. Я взглянул на часы и ахнул: время было полчетвертого! Я опоздал на самолет! Что же делать? Надо идти менять билет на следующий рейс.
В окошке справочного бюро, куда я подошел, было довольно много народу. Люди стояли с озабоченными лицами, кто-то плакал, кто-то вполголоса взволнованно переговаривался. Явно что-то случилось.
– Вы не знаете, что произошло? – спросил я женщину, стоявшую последней.
– Вы разве не слышали? Самолет разбился! Только что стало известно!
– А какой рейс? – спросил я, в душе уже не сомневаясь в ответе.
– Кажется 2637…
Я сидел в пластиковом кресле и смотрел в небо. За стеклом плыли равнодушные облака…

Чья-то история: Моя бабушка рассказывала мне, что в детстве она и еще две соседские девочки нашли в дупле старого тополя кувшин, в котором лежали непонятные предметы. Один из них — пластинку с кнопочками — она взяла себе и спрятала в другое дупло, поменьше. Ее подружке также достались вещи из кувшина — пластмассовый кружок со стеклышком в центре и «радиолампа». Потом они все это поменяли у мальчишек на разные игрушки.

Однажды мы с бабушкой гуляли по центру Ленинграда, и она показала мне тот тополь, куда положила находку. Я сделал вид, что мне это не очень интересно, но как только улучил возможность, направился туда с приятелем. Дерево за несколько десятилетий сильно выросло, и если когда­ то девочка смогла добраться до дупла, то теперь это было уже трудной задачей даже для шустрых мальчиков­ подростков. Но мы совместными усилиями все­ таки смогли дотянуться до самых нижних ветвей и залезть на крону. Дупло было на месте, но внутри завалено хламом, нанесенным птицами.

Наконец мне удалось нащупать на дне что ­то похожее на пульт, но вот вытащить предмет было невозможно — он врос в дерево. Все, что у меня получилось, — это оторвать от него кусочек. Так в моих руках оказалась маленькая крышечка с квадратными прорезями для кнопок и пластиковым экранчиком. Конечно, я был разочарован и забросил эту «безделушку» в свой шкаф, где она пролежала почти двадцать лет.

В конце 90­х годов я разбирал свои старые вещи и случайно наткнулся на детальку из дупла. Но если в конце 70­х годов она мне ничего не напоминала, сейчас я был как громом поражен. Только недавно я заходил в магазин сотовых телефонов — и готов поклясться, что эта панелька была от одной из моделей. Когда же я сравнил на месте, то все сомнения отпали сами собой — это был тот самый телефон. Вот только как он попал во времена детства моей бабушки и что еще за вещи были в том «кувшине», осталось загадкой.

Кстати, я вновь пришел к тому дереву, однако на его месте обнаружился лишь почерневший пень. Таким образом, остатки мобильника исчезли без следа.

Я в свое время увлекался фантастикой и, разумеется, знал про идею путешествия во времени, но не придавал этому значения, пока мне в руки не попала вещь из будущего. Кто этот таинственный путешественник, отправившийся в прошлое, вернулся ли он назад или так и остался в далеких тридцатых годах? Наверное, это навсегда останется загадкой…

Когда бабушку увезли в больницу, я вышла на улицу, на меня собака посмотрела, опустила голову и завыла. Через 3 для бабушка умерла. Еще мне когда она умерла в это самое время в 4 утра приснилось ,что говорю с ней по телефону. Она сказала “Не волнуйся я уже дома”, тогда я еще не знала, что ее уже нет.

Пока лично с этим не встречусь, никому не поверю.

Про банника тоже не одну историю слышала, пугает всех. Но сама я с этим не сталкивалась и, честно говоря, не горю желанием.